Дмитрий Аксёнов

За это время я увидел и обратную сторону новых возможностей. На освоение одной технологии могли уйти месяцы, а затем похожая функция появлялась в готовом решении. Знание не исчезало, но менялась его ценность.

Одновременно становилось возможно вести несколько проектов и пробовать десятки направлений — работа легко превращалась в бесконечную череду экспериментов, а внимание распылялось. И даже убедительный ответ ИИ мог увести не туда: модель соглашалась с ошибочной идеей или не находила решение, которое уже существовало.

Мне пришлось пересмотреть и то, как я выбираю задачи и оцениваю результаты. ИИ может ускорить исполнение, но не снимает с меня ответственности за последствия.

Варианты стали дешёвыми, а выбор — нет.

Этот опыт повлиял и на то, как я смотрю на состояние человека. Рядом с тем, что человек чувствует, я всегда смотрю, в каких условиях он живёт: как устроены его дни, сколько остаётся на сон и восстановление, кто от него зависит, чего от него ждут и что изменилось в последнее время.

Я не спешу делать выводы, пока не понимаю, в каких условиях вам приходится действовать. Если какие-то особенности вашей ситуации мне незнакомы, я сначала разбираюсь в них. Иначе легко принять усталость за слабость, а давление обстоятельств — за черту характера.

То, что вы способны выдерживать нагрузку, ещё не значит, что её нужно продолжать нести.

Снять лишнюю нагрузку нужно, чтобы остались силы на другое: снова учиться и браться за новое, когда прежний опыт перестаёт выручать и промахов по дороге не избежать. На встрече мы смотрим, что происходит сейчас: на чём вы застреваете, держитесь ли по инерции за привычные способы работать или откладываете шаг в ожидании полной ясности.

Если слова человека расходятся с тем, что происходит в его жизни, я говорю об этом и предлагаю проверить версию на практике. Неудобные вопросы задаю независимо от должности и статуса.

Если спросите моё мнение, отвечу прямо. Но и оно останется гипотезой, которую стоит проверить.

С методами так же: готовые схемы из учебников часто складывались в более спокойной среде, поэтому я не подгоняю человека под одну школу и оставляю из каждой то, что подтверждается в его жизни. Опираюсь на когнитивно-поведенческую терапию (КПТ), чтобы проверять представления о ситуации фактами, и на терапию принятия и ответственности (ACT), чтобы действовать, когда ясности нет. Когда мешают жёсткие требования к себе вроде «я обязан всё контролировать», подключаю рационально-эмотивно-поведенческую терапию (РЭПТ), а когда нужен ближайший шаг — ориентированную на решение краткосрочную терапию (ОРКТ). Вопросы выбора, профессиональной роли и ответственности разбираю в экзистенциальной перспективе.

На первой встрече мы начинаем с того, как вы видите ситуацию, а дальше сверяем разговор с тем, что меняется в жизни.

Сессии я не записываю, заметки веду без имён.

Работаю со взрослыми и только онлайн; очного приёма не веду.